Кенуль БУНЬЯДЗАДЕ: Корни мугама можно сравнить с историей самого народа

Составляющий основу азербайджанской народной музыки и занесенный в список шедевров нематериального культурного наследия ЮНЕСКО мугам долгие годы является объектом исследования при изучении древней и средневековой музыкальной культуры Востока.

Недавно завершившая работу над книгой «Философия мугама» доктор философских наук, член-корреспондент Национальной Академии Наук Азербайджана, завотделом «Философии Ислама» Кенуль Буньядзаде в разговоре с корреспондентом ATAlar.Ru  рассказала о своих исследованиях и о том, что послужило поводом для написания книги.
— Что послужило поводом для философа в написании книги, посвященной мугаму?
— Данная книга написана в рамках проекта Фонда Развития Науки. Когда руководитель проекта предложила мне принять участие в реализации своей идеи и написать философию мугама, я с удовольствием согласилась, потому что я и раньше интересовалась этой темой, опубликовала статью, где сравнивала мугам с суфийской музыкой, принимала участие в конференциях и мероприятиях, посвященных мугаму. Также изучала влияние музыки на мышление человека. Слова Ницше о музыке Вагнера и Бизе, о способности музыки возродить народный дух, отточить философское мышление раскрыли для меня другой ракурс на мугам. Ведь в мугаме есть все: народный дух, высокая поэзия, а самое главное, это целая музыкальная композиция, которая имеет свою сюжетную линию, свою историю, свою предысторию, свой подход к пониманию мира и сущности. Изучение мугама было для меня новой возможностью подняться на еще одну ступень по лестнице познания, ведущей к божественным истинам, к Универсальному миру. Я и воспользовалась этой возможностью и не ошиблась. Действительно мугам раскрыл такие истины, которые нельзя познать через книги, через рациональные и логические суждения.
— Известно, что критиком-философом Асифом Эфендиевым  написано эссе о философии мугама…
— Действительно, эссе Асифа Эфендиева прекрасное раскрытие истины мугама. После него выдающийся поэт Бахтияр Вахабзаде написал свою поэму «Мугам», которая может считаться одной из гениальных работ поэта. А несколько лет назад писатель Али Асланоглы написал книгу «Поэтика Мугама и познание», где постарался раскрыть суть каждого мугама. Я думаю, и дальше будут проводиться ценные исследования в этом направлении, потому что мугам, это океан, где каждый желающий и умеющий нырнуть в его глубины, сумеет найти свою «жемчужину», соответствующую его уровню мышления, его взгляду на жизнь.
В чем «изюминка» моей книги…?
Во-первых, я провожу параллели между историей национального мышления и мугамом. Выяснилось, что мугам — это музыкальное проявление национального мышления и в нем отражается вся история народа, его победы, страдания, процветания, гордость, борьба и т.д.
Во-вторых, я сравниваю мугам с суфизмом – духовной практикой Ислама. Я уточню, не с суфийской музыкой, а с целым суфизмом. Мугам – это музыкальное выражение духовного возвышения. Иначе говоря, весь мугам — это отражения духа, который стремится к своему Созидателю, к Совершенству.
В-третьих, я рассматриваю мугам как хранителя национальных ценностей. Все в мугаме – музыка, соответствующая поэзия, инструменты – все это отражения древней и богатой национальной памяти и имеют свою историю, свой смысл, даже свою миссию. Ведь недаром не только сам мугам, но и музыкальные инструменты входят в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО. Наконец, учитывая роль в формировании национальной идентичности, силу и масштаб влияния, я называю мугам «мягкой силой» современного Азербайджана. Ведь, каждый, кто слушает мугам, поражается красотой духа народа – автора этого произведения, хочет ближе познакомиться, познать хотя бы долю из истины, которое повествует мугам.
— Можно ли говорить о силе катарсиса мугама? В пьесе Мирзы Джалила «Каманча» основное внимание сосредоточено на этом вопросе…
— Да, можно. Мугам, это цикл, который охватывает в себе определенный этап возвышения. Как я сказала, мугам – музыкальное проявление духовного развития. Вкратце скажу, что духовное развитие – это путь, который начинается с души человека и, проходя сперва через материальный мир, дальше переживая божественное единство с Созидателем, опять возвращается к исходной точке. Человек за весь путь набирает новых истин, практики, чувств и возвращается к себе уже другим. Он начинает новый цикл развития уже с новым уровнем мышления. И уже в его материальной жизни еще больше божественного света, который осветит ему следующий этап развития. И так продолжается вплоть до мира идей, до Совершенства. Человек морально, духовно постоянно перерождается, очищается от мирского груза, грязи, обогащается новыми божественными знаниями и этим совершенствуется, возвышается над мирской суетой. На первый взгляд, мугам — это всего лишь музыка, которая сопровождает стихи – газели. На самом же деле, эта музыка непосредственная связь души с Созидателем, а стих -словесное дополнение этого процесса. Если рассмотреть последовательность частей (şöbə) в мугамах, можно заметить постепенное возвышение духа, чередование магамов и состояний (məqam və hal) в суфизме.
— В средневековье на Востоке, например, конкретно в Дамаске, говорилось о лечении мугамом ряда болезней. Например, с помощью мугама «Эраг» (Əraq)  лечили  менингит…
— Лечение музыкой, мугамом практикуется и сегодня. В Турции жил всемирно известный музыкант Рахми Орудж Гювенж, который занимался этим. Его приглашали в разные страны, в том числе европейские, где он лечил мугамом, музыкой самые разные болезни. Музыкальная терапия – это успокаивание клеток организма, это восстановление гармонии организма. Репертуар Рахми Орудж Гювенж состоял в основном из древней тюркской национальной музыки, среди них и части мугама. У него есть серийные диски с соответствующей музыкой и указанием болезней, для которых предназначена эта музыка. Например, мугамом «Зенгуле» лечат сердце, мозговые болезни, также психологические недуги. Или мугам «Раст» может лечить спазмы, хорошо влияет на парализованные органы. Я упомянула лишь малую часть из огромной информации. Насколько я знаю, подобная практика есть и в Азербайджане. Я же хочу в свою очередь уточнить, что мугам помогает восстанавливать организм с помощью духовной силы. Точнее, не дух следует за материальным телом, как обычно в каждодневной жизни, а наоборот, дух превосходит над всем организмом, успокаивает возбужденный орган и возвращает его к первоначальному состоянию. А музыка играет роль связи духа со своим Созидателем и через эту связь дух восстанавливает свои первоначальные силы.
— Некоторые источники говорят об очень древних корнях мугама. Даже утверждается, что Пифагор в Египте после приобретения подробной информации о мугаме составил специальный график, и для прослушивания каждого мугама у него было определенное время…
— Корни мугама можно сравнить с историей самого народа. Так, например, во время исследования я нашла среди записей Рахми Орудж Гювенжа ноты шумерской музыки, относящейся к 800 году до н.э. Каждый народ имеет свой ритм, который выражает именно его дух, его образ мышления. Мугам — совершенная система этого ритма. Недаром, я называю мугам национальным эпосом, написанным музыкой. И недаром каждый инструмент в мугаме имеет свою миссию и свою истину. Все это по частям, как мозаика, составляют целый образ народа. Развитие познания народа отражалось и на его музыке, от простого голоса до сложной композиции. Хотя мугам основывается на диатонический звукоряд, но здесь есть и пентатоника – сила и мудрость одного звука, одной ноты. Именно эта первая нота – исходная точка определяет дальнейшую траекторию процесса. Именно к этой точке, которую можно назвать и ядром всей системы, потом возвращается человек.
— В книге Вы утверждаете, что «мугам — стадия универсального голоса». Как Вы это объясняете?
— В основе всей Вселенной лежит определенная Единая Истина. Каждый, кто становится Ее свидетелем, называет ее соответственно своему уровню мышления: Универсальная Гармония, Универсальный голос, Абсолютная Истина, Логос и т.д. Она и проявляется тем путем, на который способен тот человек: словами, если это философ, мудрец, поэт; красками, если это мастер, художник; звуками, если это композитор. Т.е. эта Единая Истина всегда и везде, Она понятна и любима всем, независимо от национальности, Она вне времени и места. Хотя в Ее проявлениях есть отражение национального духа, традиций своего времени, но Ее суть универсальная.
Летом прошлого года я участвовала на всемирном философском конгрессе в Пекине и выступала на тему мугама. Во время своей лекции я дала послушать участникам часть из мугама «Сегах» при исполнении народного артиста, мастера каманчи Габиля Алиева. После выступления один из участников предложил послушать часть из народной китайской музыки. Как я, так и другие удивились, когда услышали чуть ли не одинаковую музыку. Тот студент задал мне приблизительно такой вопрос: «Если у нас одинаковая музыка, почему мы такие разные?» Я ответила: «Эта музыка проявления Единой Истины. На нас же лежат еще и слои материального мира. Только что было доказано, что, если мы сможем возвыситься до этой самой Истины, мы поймем друг друга лучше и не останутся какие-либо разногласия». Как говорил суфийский мыслитель Халлаж, «истина ни на арабском, ни на иностранном». У Истины нет определенного языка, поэтому Его понимают и принимают все.
— Видимо, не случайно, что среди «Земных звуков», отправленных НАСА в космос, есть и мугам…
— Конечно, не случайно. Думаю, когда в 1977-ом году НАСА посредством своих спутников Voyager 1 и 2 отправило в космос самые разные голоса, у него были две цели. Во-первых, дать тем, кого еще не знаем в космосе, знать о том, кто мы. Были отправлены именно те голоса, которые выходят за какие-либо материальные рамки. Эти голоса должны быть понятны всем и показывать дружелюбность землян. Во-вторых, они должны донести до будущего поколения то, что мы любим, что нас объединяет, что хранит нашу человеческую идентичность, отличает нас от других созданий. Именно эти голоса должны сохранить связь между настоящим и будущим. Мугам среди этих голосов. Мугам — именно отражение пути от человека к Совершенству или же от себя к себе через единство с Созидателем. Иными словами, мугам — средство, которое помогает человеку найти себя, свое настоящее Я. Так пусть и космос, и будущее, и те, о ком даже преставления не имеем, знают о существовании такой мудрости.
— Сегодня в музыке многих народов мугам занимает  особое место.  Что Вы можете сказать об особенностях азербайджанского мугама и какое место он занимает среди других мугамов? 
— Действительно, в культуре многих народов есть мугам, который они называют по-разному, точнее по-своему.
В чем же специфичность азербайджанского мугама?
У тех народов мугам является одним из жанров фольклорной музыки, а в Азербайджане вся национальная музыка основана на мугаме. У нас мугам не часть культуры, а сама культура. Мугам является эталоном национального духа всякой музыки. Даже композиторы сочиняют свои произведения, основываясь на мугам, и если то или иное произведение не содержит связи с мугамом, то не воспринимается народом, не может сблизиться с народным духом. Как говорил Узеир Гаджибеков, «не изучив народную музыку, я не решался писать большие работы». Азербайджанский мугам — источник, где можно найти начальную точку многим идеям. Именно в Азербайджане созданы новые жанры на основе мугама – джаз-мугам, симфонический мугам, опера-мугам, даже балет-мугам. Почему? Потому что азербайджанский мугам — оригинал, сам источник, а не фрагмент или проявление. Отмечу, что и в ЮНЕСКО, и в НАСА мугам обозначен как азербайджанский.
Иногда, ссылаясь на названия мугамов или частей (şöbə) мугама, хотят его корни связать с другими нациями. Но во время исследования выяснилось, что каждое название имеет свою историю, связанную именно с нашим народом.
Приведу только один пример, ссылась на музыковеда Ираду ханум Кочярли, которая отмечает, что «Шикестейи-фарс», который является частью Раста, Махура-Хинди, Забул-Сегах и других мугамов, называется в Иране «Афшари», т.е. тюркским именем. И Ирада ханум, и историк Алекпер Алекперов предполагают, что название «фарс» это видоизмененная произношение слова «парс» – барс, лев, который в древности являлся тотемом тюркских народов. Следовательно, исходить нужно не из названий мугамов, которые менялись под давлением определенных условий, а из духа и сущности самой музыки.
Беседовала Физза ГЕЙДАРОВА, собкор в Баку

Добавить комментарий