Сабир РУСТАМХАНЛЫ: Азербайджанский и турецкий языки развиваются вместе и обогащают друг друга, однако каждый сохраняет свою независимость

Фото: az.sputniknews.ru
Фото: az.sputniknews.ru
Проект правил орфографии, подготовленный Орфографической комиссией Академии наук Азербайджана и Институтом языкознания имени Насими НАНА и принятый в 2018 году, до сих пор остается одной из наиболее обсуждаемых тем в Азербайджане. Продолжаются серьезные споры между авторами проекта, столкнувшегося с серьезной критикой в обществе, и его противниками. 

Один из сторонников орфографической реформы, член Государственной языковой комиссии, глава Общества азербайджанского языка (Azərbaycan Dil Qurumu), народный поэт Азербайджана Сабир Рустамханлы в интервью корреспонденту ATAlar.Ru высказал свое мнении по поводу принятых изменений в орфографию и затронул критику в адрес проекта.
— Наконец-то правила орфографии, ставшие причиной  жарких споров в 2018 году, утверждены Кабинетом министров Азербайджана. Известно, что Вы являетесь  членом  Государственной  языковой  комиссии. Как Вы думаете,  когда будет готов орфографический словарь?
— Орфографический словарь азербайджанского языка после жарких обсуждений подготовлен к изданию в новой редакции и в ближайшие месяцы будет издан.
— Последний орфографический словарь был принят в 2004 год, хотя,  согласно законодательству, новый  словарь должен издаваться через каждые пять лет. В чём  причина такого перерыва?
—  Этот вопрос надо адресовать структурам, ответственным за издание орфографического словаря, в том числе Национальной академии наук Азербайджана. Через каждые пять лет должен издаваться не орфографический словарь, а новое издание орфографического словаря. Речь не идет о полном обновлении.
Опоздания в связи с изданием орфографического словаря, по-моему, связаны с обсуждениями, начатыми Государственным центром перевода. На этих обсуждениях Центр перевода показал, что в орфографическом словаре есть много искусственно созданных и ненужных слов, и список этих слов напечатан в газете. После этого издали, как они сами отметили, «очищенный» вариант орфографического словаря. Споры между Национальной академией наук и Центром перевода длился больше полугода.
— Словарь, напечатанный в 2013 году, был подвергнут серьезной критике. Академик Низами Джафаров заявил, что в словарь было добавлено 40 тысяч вымышленных слов, поэтому Кабинет министров не утвердил этот словарь. Как это могло произойти?
— По-моему, причиной тому, что словарь не утверждён  Кабинетом министров, было не заявление Низами Джафарова, а позиция Государственного центра перевода и обсуждения, проводимые  академией по этому вопросу.
— В проекте, предложенном в 2018 году, некоторые пункты, в том числе сокращение одной «y» в словах с парным «y» столкнулись с сильным сопротивлением общества и не были приняты. В чем причина такого недовольства?
—  В отмеченном вами пакете предложений 10 из 12-и предложенных изменений были приняты в результате общего согласия. Одним из непринятых предложений было сокращение одной «y» в словах с парными «y». В нашем языке парные «y» используются только в словах, заимствованных из арабского языка. Лично я был сторонником сокращения одного из «y». Это не меняет смысла слов и предполагаю, что рано или поздно азербайджанский язык откажется от одного из «y». Однако в этот раз консервативная интеллигенция так раздула этот вопрос, что Национальная академия наук не настояла на своем предложении.
— Во время обсуждений проекта говорилось, что этот шаг  предпринимается для «сближения тюркских языков»,  однако за день до последнего обсуждения вице-президент НАНА, заместитель председателя Орфографической комиссии, академик Иса Габиббейли заявил, что этот вопрос будет рассматриваться в рамках «обучения азербайджанства». Чем это объясняется?
—  Невозможно предотвратить процесс сближения тюркских языков. С усилением политических, экономических,  культурных связей, расширением процесса интеграции между тюркскими государствами их языки тоже будут сближаться. То есть этот вопрос не регулируется каким-то решением. Также отмечу, что идея «обучения азербайджанства», высказанная Исой Габиббейли, не мешает изучению тюркского мира и интеграции тюркских стран. Порой использование в Азербайджане слов, взятых из турецкого языка, преднамеренно толкуют как отказ от азербайджанского языка. Это полностью ошибочное предположение. Азербайджанский и турецкие языки, можно сказать, один и тот же язык. Однако в течение времени в языках возникла определенная разница. Говоря о сближении языков, мы не подразумеваем отказ от азербайджанского языка и общения в Азербайджане на турецком языке. Эти языки развиваются вместе и обогащают друг друга, однако каждый сохраняет свою независимость.  Сколько будет длиться это сближение, и чем оно завершится,  сказать сейчас трудно.
— Недавно директор Института языкознания НАНА  выразил недовольство по поводу того, что в Баку чаще стали использовать иностранные слова. Периодически руководимая  Вами структура тоже заявляет о плачевном состоянии в этой сфере. Не было ли до сих пор государственного органа, ответственного за соблюдение норм литературного языка? 
— После провозглашения Азербайджана как независимого государства усилился поток иностранных слов в наш язык. Некоторые из них перешли в азербайджанский язык путем принятия законов, некоторые путем экономических и культурных связей. Комитет терминологии не в силах контролировать эти вопросы. Поэтому лично я в Милли Меджлисе предложил создание языковой комиссии, которая будет контролировать язык законов. В то же время, используя практику некоторых стран мира, можно создать «Языковую таможню» или «Языковую полицию». Слово полиция ассоциируется с определенным насилием и у некоторых вызывает раздражение. Можно придумать и другое название. Главное — предотвратить беспрепятственное проникновение иностранных слов в наш язык.
— В одном из своих последних интервью Вы предложили убрать несколько букв из азербайджанского алфавита. Это предложение было неоднозначно воспринято в обществе. Вы остаетесь при своем мнении?
— Речь не идет о том, чтобы убрать 3 буквы из алфавита. Обсуждение алфавита осталось в 1992 году. Тогда при переходе на латинскую графику я выступил сторонником создания единого алфавита для тюркских языков. И я остаюсь при своем мнении. Это будет историческим событием, ускорит сближение тюркских языков. Тогда я  сказал: «Если мы переходим на латинскую графику, тогда давайте создадим единый алфавит, или пусть мы примем турецкий алфавит, или пусть Турция примет 3 лишних знака из нашего языка». На самом деле, 3 звука азербайджанского языка есть и в турецком языке. Однако нет знаков этих звуков. Если бы не было разницы в этих трех знаках, мы бы беспрепятственно могли читать друг друга. К сожалению, ученые-языковеды возражают в связи с этим. По их мнению, все звуки в языке должны отражаться в алфавите. Однако я считаю более необходимым возможность свободно читать друг друга. К сожалению, вопрос общего алфавита не решился, теперь опять возникла разница между казахским, узбекским,  азербайджанским и турецким алфавитами.
— Порой смешиваются понятия единого языка и единого средства общения. Можете ли внести ясность в этот вопрос?
— Азербайджанские, турецкие, туркменские, гагаузские тюрки, язык которых входит в огузскую группу языков, понимают друг друга без перевода. Однако, чтобы понять Кыпчакскую группу, нужно определенное время и привыкание. Речь идет об общем языке общения для облегчения понимания между тюркскими народами. В данном случае турецкий язык справляется с этим. Речь идет об этом.
— Нарушение норм языка в электронных и печатных СМИ,  можно сказать,  беспокоит общество в целом. Сможет ли Мониторинговый центр языка, созданный главой государства, решить эту проблему?
—  В годы независимости были приняты законы о сохранении, применении и развитии государственного языка, издан ряд указов, подготовлены государственные программы. То есть официальные документы создали нужную правовую базу для сохранения статуса государственного языка. Несмотря на это, в прессе, СМИ, радио и телевидении продолжаются нарушения норм языка. Одной из причин этого — низкий уровень профессионализма работников прессы. Есть и другие причины. Одна из них —  рост количества русских школ в Азербайджане без какой-либо необходимости.  В настоящее  время в русских школах Азербайджана учатся более 90 тысяч учеников. К сожалению, в этих школах слабо изучают азербайджанский язык, историю, духовные ценности Азербайджана. Поэтому в стране возникает определенное разделение между азербайджанским и русским языками. Надо учитывать и то, что около трех миллионов азербайджанцев живут в России, и,  естественно, их дети тоже получают образование на русском языке. Мы сторонники изучения языка и литературы такой большой страны-соседа как Россия. Однако считаем, что начальное и среднее образование обязательно должно быть на родном языке. Для сравнения могу сказать, что в Грузии среднее образование полностью на грузинском языке, несмотря на то, что в Украине 17%, в Латвии почти одна треть населения русские, в этих странах официально образование только на родном языке. В Азербайджане 90 процентов учащихся в русских школах —  азербайджанцы. Я считаю это ошибочной политикой образования. Для  дружеских и братских отношений с Россией необязательно учиться в русской школе. Надо учиться на родном языке, изучать русский язык и культуру, сохранять дружбу с Россией.
Я считаю, что Мониторинговый центр должен предотвратить неуважительное отношение иностранных фирм и торговых сетей к государственному языку и в силах это сделать. Мы как Общество азербайджанского языка долгие годы проводили проверки и обсуждали результаты этих проверок, говорили в прессе о своих предложениях и в дальнейшем будем продолжать эту работу.
Физза ГЕЙДАРОВА, собкор в Баку

Добавить комментарий