Джаваншир Гулиев: Должна быть выработана концепция музыкальной пропаганды страны, отвечающая ее чаяниям

Один из выдающихся представителей азербайджанской музыки, известный композитор, заслуженный деятель искусств Азербайджанской Республики Джаваншир Гулиев на днях отметил свое 68-летие. 

Джаваншир Гулиев вошел в музыкальное искусство Азербайджана как композитор, первым использовавший национальные инструменты — саз и зурну с их специфическими ритмоформулами в эстрадно-симфоническом оркестре.
Он сочинил музыку для 300 театральных и телевизионных представлений, 8 художественных и 25 документальных фильмов, является автором около 1000 песен.
Огромной популярностью пользуется написанный им в 1992 году, сразу после Ходжалинской трагедии, «Аскер Маршы», который в обязательном порядке исполняется во время торжественных шествий отрядов национальной армии.
Композитор, который с 2005 года преподает музыку на факультете сценических искусств Ближневосточного Университета Турецкой Республики Северного Кипра и уже 15 лет как отлучен от телеэфира на родине, в интервью корреспонденту Центра азербайджанской культуры и языка рассказал о проблемах в культурной среде Азербайджана, о своих произведениях и планах.
— Существует много критики по поводу ситуации в культурной среде Азербайджана. Какие, на Ваш взгляд,  имеются проблемы и как их можно разрешить?
– Происходит переоценка ценностей, но, к моему сожалению, не в лучшую сторону. Общество, особенно молодежь, приучают читать, смотреть и слушать низкопробные образцы искусства, так называемый ширпотреб. И уже выросло целое поколение, незнакомое с качественной музыкой, литературой, театром и кино. На наших глазах произошло нравственное преступление – целое поколение, будущее этого народа, превратили в зомби, которое получает удовольствие только от низкокачественной музыки и литературы. Всё это делается с помощью и при участии средств массовой информации, и я склонен полагать, преднамеренно. Чтобы люди уверовали в свою никчемность, чувственные механизмы у них притупилась бы и ослабла бы сила сопротивления. Чтобы общество, состоящее из индивидуумов, превратилось бы в однородную массу. И это почти удалось. Что нужно сделать? То же самое, только с точностью до наоборот: разогнать всех руководителей телеканалов, набрать туда специалистов, начать пропагандировать день и ночь высококачественное искусство и делать это годами! Тогда, по-моему, вернется к нормальному состоянию самочувствие общества.
 — Вы можете спокойно наблюдать за  бездействием  Союза композиторов Азербайджана, который обязан  хотя бы заниматься работой по  пропагандированию творчества композиторов?
– Устройство Союза композиторов устарело – существующие ныне творческие организации придуманы еще при Сталине для контроля над творческими людьми и при нынешнем политическом устройстве Азербайджана не в состоянии стимулировать развитие профессии композитора. К тому же, по закону, творческие союзы приравнены к общественным организациям, то есть, должны быть независимы – даже в уставе СК прописана добровольность и независимость этой организации —  но на деле полностью подчиняются власти и находятся на денежной дотации государства, следовательно, их независимость — фикция.
       Современный Союз Композиторов не в состоянии контролировать музыкальное «хозяйство» в стране и влиять на него в плане пропаганды действительно лучших достижений композиторского творчества. Он лишен той силы, которой обладал при советском строе, к его мнению мало кто прислушивается, даже многие его члены просто не ходят в Союз композиторов, они разуверились в возможность Союза помочь пропагандировать их творчество, повлиять на музыкальную жизнь страны. СК только лишь пишет представления в высокие инстанции с просьбой о присуждении почетных званий и всяких других наград  для некоторых своих членов и, по старинке, раз в 5 лет проводит сьезды с концертами и иногда тематические пленумы и конференции – все это по инерции прошлых советских лет. Союз композиторов давно должен был видоизмениться, его структура должна была быть подогнана под современную жизнь, но всего этого не произошло – все внутри Союза продолжается так, как будто на дворе советский Азербайджан.
          В 2007 году, перед очередным сьездом СК Ваш покорный слуга в прессе опубликовал аж три варианта реформы структуры Союза композиторов. И что? Делегаты сьезда даже не прочли статью, не говоря уже об изучении и обсуждении этих реформ – все были заняты борьбой за кресло председателя. За прошедшие годы также никто из членов Союза не поинтересовался этими предложениями. И никто взамен не предложил своё видение изменения структуры Союза. Создалась странная ситуация – с одной стороны члены союза жалуются на неспособность союза решать проблемы профессии и музыкальной пропаганды, а с другой стороны крепко держатся за старое устройство Союза, от которого никому  пользы нет.
          Я думаю, что необходимо законодательно придать Союзу композиторов больше юридических возможностей влиять на музыкальную жизнь в стране и регулировать её. Но руководство страны не вмешивается, им выгодна такая ситуация, когда аппарат управления творческого союза материально зависит от власти, и все остается по старому, по-советски. Такое положение, видимо, устраивает и большинство членов союза, и его руководство. Страна же живет совсем другой музыкальной жизнью.
      — В этом году отмечался 100-летний юбилей Кара Караева. Как Вы оцениваете уровень юбилейных мероприятий, посвященных памяти великого композитора?
      – Я к юбилеям отношусь с некоторым недоверием, то есть, не верю, что они действительно служат распространению творчества юбиляра. Помню всего лишь один юбилей, от которого была реальная польза людям – это юбилей Насими в 1973 году. Было издано все его творчество и все исследования о нем, бесплатно раздавали книги почти всем желающим. В моей личной библиотеке с тех пор представлен  весь изданный Насими. Подобного юбилея я больше не наблюдал.
      С Кара Караевым особый случай, ему не очень везет на юбилеи. Свое 60-летие он еле-еле отсидел в Оперном Театре, был очень болен, за кулисами театра со шприцом в руках дежурила медсестра. В 1998 году, несмотря на указ президента, 80-летний юбилей Караева так и не был проведен! Забыли(!). Только лишь Ваш покорный слуга вместе с сыном Караева Фараджем Караевым выпустили СD с некоторыми произведениями композитора, отреставрированными мною.
     Я считаю, что такие личности, как Кара Караев, должны держаться в «повестке» общества постоянно, а не по юбилеям. Потому, что К.Караев еще не завершил свой путь музыкального просвещения и модернизации общества.
 — На сайте международного фестиваля современной музыки имени Караева висит объявление о том, что нет ресурсов для его проведения. Мы все наслышаны об уровне и о масштабах  проведения этого фестиваля. Подобает ли подобное откровение для страны, которая славится нефтяными доходами?
     – Обидно, ей-богу! Страна, которая проводит грандиозные международные мероприятия вплоть до олимпийских игр, которая находит огромные средства для реставрации памятников культуры далеких европейских стран, не находит средства для проведения музыкального фестиваля имени одного из своих великих сынов! Скорее всего, не хотят проводить, я бы так сформулировал. Причину нежелания я вижу в страхе, являющимся следствием невежественности некоторых высших чиновников страны – не понимая и не чувствуя творчества К.Караева, они боятся неизведанного, опасаются, что там произойдут события, которые навредят их карьере, ведь современная авангардная музыка предполагает абсолютную свободу мысли и души, а такой свободы эти чиновники боятся, как огня. По их мнению, лучше задушить этот фестиваль на корню, чем потом отдуваться перед начальством за допущение свободомыслия и инакомыслия, выраженных посредством музыки.
— Удовлетворяет ли Вас уровень пропаганды азербайджанской культуры в мире? 
– Если коротко, нет. Я считаю, что Азербайджан обладает богатейшей музыкальной культурой, причем львиную часть этой культуры составляет общемировая музыкальная культура. А у нас гастрольная музыкальная пропаганда имеет «фольклорный» крен – слишком много народников представляют нашу музыкальную культуру за рубежом. Создается впечатление, что Азербайджан не развитая индустриально-музыкальная страна, а отсталая аграрно-крестьянская, и музыка у нас только средневеково-фольклорная, поскольку даже мугаматистов на гастролях одевают по-фольклорному, хотя мугамат не имеет никакого отношения к музыкальному фольклору, это профессиональная музыка и каких-то специальных старинных сценических костюмов у мугаматистов нет. Они всегда одевались согласно обычаям эпохи, в котором живут.
      По-моему страну необходимо представлять музыкально более полнее, гармоничнее что ли. Другие виды музыки более активно должны быть представлены, ведь мы никому в мире не уступаем в академической симфонической культуре, вполне достойно выглядим в джазе, у нас есть и достойные оперы и балеты, в авангардной музыке мы тоже «не лыком шиты», как говорится. Правда, в современной музыке, благодаря собственным связям, страну в мире достойно представляют композиторы Ф.Караев, Ф.Ализаде и некоторые другие. Но это исключительно благодаря личным связям этих авторов, государство здесь молчит.
         На мой взгляд, должна быть выработана концепция музыкальной пропаганды страны, отвечающая ее чаяниям, весу и действительному положению вещей.
— Недавно Вы обвинили грузинского певца Дато Худжадзе в плагиате. Расскажите об этом подробно, и как разрешилась проблема?
– Да, он выпустил альбом, в котором спел песню, скопированную с моей песни «Yarım gilə» и в альбоме не написал имя автора песни.  Благодаря cоветнику по гуманитарным вопросам посольства Азербайджана в России Нигяр-ханум Ахундовой удалось связаться с певцом и выяснилось, что он не знал, что песня имеет автора, то есть думал, что эта песня народная. Передо мною извинились. В результате переговоров решили, что песню надо изьять со всех платформ пропаганды, выпустить новый диск с указанием автора. Так что, проблема исчерпана. Дай бог, чтобы все подобные случаи завершались таким образом.
— Были ли раньше такие проблемы с Вашими произведениями?
– Были, но все случаи происходили не преднамеренно, а в результате неосведомленности или певцов, или производителей альбомов. Некоторые случаи удалось исправить, а некоторые по разным причинам нет. Но сознательного присвоения моей музыки другим автором никогда не происходило.
— Вы не раз обращались через социальные сети для разрешения какихто проблем. Например, на счет дачного участка, который попал под строительство  развлекательного центра Агаларова. Наблюдая за  реакцией и комментариями, создается впечатление, что Вас поддерживает общественное мнение, однако отношение вышестоящих инстанций к Вам обратное…
– Да, я понимаю «вышестоящие инстанции», кому понравится открытая и нелицеприятная критика, они же привыкли к подхалимству деятелей культуры…  Но их реакция на мою критику, я думаю, нечестная – они отвечают не прямо мне в лицо один на один и по теме, как говорится, причем на виду у общества, как я, а трусливо исподтишка и не сами, а привлекая мощные государственные административные ресурсы, которыми обладают. Ход их мыслей, примерно, таков: Он кто? Композитор. Что надо сделать, чтобы наказать композитора, не подчинившегося «установленным порядкам»? Сейчас не 37-й год, расстрелять не можем, сажать тоже нельзя – тут же станет народным героем и еще большей головной болью для нас. Надо его лишить средств пропаганды своего творчества! Надо у него отнять  слушателей! А ну закрыть его со всех теле-радио-каналов! Лишение композитора слушателей – это  и есть «расстрел» композитора! Будет знать, во что обходится нелюбовь к нам! Приблизительно так они мыслят. Ведь в «демократическом» Азербайджане все телеканалы напрямую или опосредованно принадлежат существующей власти. Мы с ними в неравном исходном положении – у меня только лишь мои мысли и мой язык, а у них мощная государственная машина подавления (принадлежащая народу, кстати, а не им) и немой язык.
     Поэтому приходится иногда обращаться «наверх» через социальные сети. В упомянутом Вами случае с действиями Араса Агаларова лед пока не тронулся, но треснул, вроде что-то должно произойти, посмотрим. Как говорится, ждём-с.
— Как нам известно, недавно в телепрограмме в честь юбилея певца Акифа Исламзаде Ваше интервью было снято с эфира. С чем Вы это связываете и есть ли какой-либо официальный запрет на местных телеканалах? Если есть, то с чем это связано?
— Такого рода запреты не объявляются, письменно не фиксируются (это же нарушение законов), а осуществляются с помощью так называемого «телефонного права», то есть устно, по телефону, или с глазу на глаз. На всех телеканалах существуют «черные списки» неугодных власти людей, которых нельзя пускать в эфир —  только ленивый об этом не знает. По отношению ко мне было устное распоряжение всем телеканалам, и они исправно его выполняют. Я как-то спросил  у бывшего руководителя Общественного Телевидения Джамиля Кулиева об этом – он   опосредованно подтвердил существование такого устного запрета. Я и без него знал, что есть такое распоряжение, просто хотел еще раз убедиться. Если Вы спросите об этом власть имущих, они, конечно, все будут отрицать – ведь это преступление. Но это факт – в году несколько месяцев я нахожусь в Азербайджане — то есть, мое, якобы, отсутствие в стране не смогут привести в качестве аргумента, да и если захотят, через интернет смогут найти человека в любой точке Земли — так вот ни один из телеканалов не сможет доказать моё присутствие на какой-либо программе этого канала хоть один раз за последние 10-15 лет, ведь все материалы программ у них архивируются. У меня есть немало других фактов запрета работникам телеканалов приглашать меня на программу.
— Получаете ли Вы заказы из разных стран, в том числе из Турции. Можете ли рассказать о некоторых из них?
– Да, получаю. Несколько лет назад получил предложение сочинить балет «Kızılırmak» для театра оперы и балета города Стамбул. Произведение было прослушано худсоветом министерства культуры Турции и рекомендовано для постановки во всех театрах страны. Потом я получил еще один заказ на сочинение оратории на стихи знаменитого турецкого поэта Неджиба Фазиля. Ораторию я сочинил, она тоже рекомендована минкультом Турции к исполнению, жду. Также получал заказы на сочинение гимна одной политической партии Турции, музыки к театральным постановкам в различных театрах Турции, песен и другой музыки.
— Вы завершили работу над третьим балетом, но ни один из трех балетов не поставлена сцене театра . В чем причина?
– Да, у меня три полных двухактных балета, которые ждут постановки: «Огузнамэ», «Кызылырмак» и «Потоп — Ноев ковчег». В прессе я об этом неоднократно писал, то есть заинтересованные стороны, как говорится, должны были об этом прочесть. Пока никто не обратился. Думаю, что причина та же, о которой я высказался выше – запрет на все, что связано со мной.
— Вы решили написать самый продолжительный в истории искусства балет «Деде Горгуд». Как продвигаются дела в этом направлении?
– Дела продвигаются. Заранее скажу, что если здоровье позволит, я обязательно завершу этот грандиозный проект из 12-ти балетов. Пока завершил создание всех эскизов первых двух балетов: «Дирсе хан» и «Газан хан». На очереди партитура.
— Вы работаете над произведением о судьбе Микаила Мушвига. На какой стадии находится эта работа?
– Судьба М.Мушвига – это трагическая история преступного равнодушия общества, на глазах которого был оклеветан, зверски замучен и расстрелян ни в чем не повинный поэт, останки которого даже неизвестно, где находятся.  Жду либретто. И набрасываю эскизы.
Физза ГЕЙДАРОВА, собкор Центра азербайджанской культуры и языка в Баку

Добавить комментарий