Дело жизни Сары Тагиевой

 «Образ Тагиева в печати искажается. Некоторые вопросы культуры дореволюционного Азербайджана извращаются отдельными историками. Объективного подхода нет. Правительство во главе с Н.Наримановым выделило его из среды буржуазии, ценило и уважало его, т.к. они были современниками Тагиева и лично знали его широкую деятельность как просветителя. Молодое руководство не знает Тагиева, а знает по той клевете, которая просачивалась в печать, изображающей его хищником капиталистом»…
Это строки из письма Сары Тагиевой (Сараевой), младшей дочери азербайджанского миллионера и мецената Гаджи Зейналабдина Тагиева. Всю свою жизнь Сара посвятила восстановлению доброго имени отца. Писала председателю Президиума Верховного Совета АзССР, в ЦК КП АзССР, в газеты «Коммунист» и «Бакинский рабочий», в Союз советских писателей, в Азгосуниверситет им. С.М.Кирова, АПИ им. Ахундова, АПИ им. В.И.Ленина…
История ее родителей Гаджи Тагиева и Соны Араблинской хорошо известна. Бакинский миллионер и меценат, известный далеко за пределами Азербайджана, влюбился в дочь российского военачальника, генерал-лейтенанта Бала-киши Араблинского из Дербента. Там они и поженились в 1896 году. Говорят, Сону прельстили отнюдь не тагиевские миллионы. Выйдя замуж за Тагиева, она получила возможность, вращаясь в высшем свете Баку, участвовать в благотворительной деятельности, протягивать руку помощи тем, кто в ней нуждается. Сона стала матерью пятерых детей Тагиева, а также его соратником и единомышленником.
Сегодня Гаджи Зейналабдина Тагиева назвали бы self-made man, человеком который сделал себя сам, сумел преодолеть жизненные трудности, изменить не только свою жизнь, но и жизнь многих других людей, которым он помогал. Природный ум, трудоспособность и несгибаемая воля помогли ему заработать деньги, которые он тратил не на «золотые унитазы», на меценатство.
О том, благодаря каким начинаниям и в каких сферах сын башмачника заработал миллионы, какие благотворительные проекты продвигал в Азербайджане и других городах Российской империи, написано немало. Отметим лишь некоторые из них: мусульманское благотворительное общество в Петербурге, женская русская школа Святой Нино, ремонт мечетей Кавказа, в том числе Дагестана и Астрахани…
Тагиев возводил «социальные лифты», отправляя талантливую молодежь на учебу в вузы Москвы, Казани, Петербурга, Европы. Вкладывал деньги в театр, в книгоиздательство. Небольшой штрих, отражающий взгляды Тагиева: приехав на первый выпускной в женскую школу, он подарил девушкам Коран, переведенный на азербайджанский язык, произведения Льва Толстого, Пушкина и Лермонтова. Власти, признавая вклад мецената в развитие просвещения и культуры, присвоили ему звание действительного статского советника.

Тагиев также предлагал материальную помощь правительству Азербайджанской демократической республики. Возможно поэтому, а, скорее всего, просто действуя по шаблонам того времени, представители новой, советской власти национализировали его многомиллионное состояние. Тагиеву оставили только дачу в Мардакянах. Говорят, могли отобрать и ее, да и вовсе признать миллионера «врагом трудового народа», но авторитет Тагиева (а его называли «эль атасы» — «отец нации») был непререкаем, слишком многим он помог в свое время, поэтому новые власти побоялись, что столь радикальные шаги могут повлечь за собой народное недовольство. Учившийся на пособия Тагиева Нариман Нариманов, несмотря на дальнейшие идеологические разногласия со своим спонсором, выхлопотал для него возможность остаться на даче под домашним арестом.
Хотя сын башмачника не вписывался в обобщенный портрет буржуина, нажившего капиталы на порабощении простого народа, с ним и его семей обошлись «в духе времени» – жена Тагиева умерла от голода, сын в психиатрической больнице…
Возможно, имя Тагиева так и осталось бы забытым или преданным анафеме, если бы не его младшая дочь Сара.
Она родилась в Баку в 1899 года, в совершенстве владела азербайджанским, русским, немецким, французским, играла на рояле. В Институте благородных девиц Санкт-Петербурга выучилась на филолога и вернулась в Баку, где вышла замуж и родила дочь. Через несколько лет после смерти Тагиева Сара вынуждена была уехать в город своей юности. Теперь он назывался Ленинградом. Там она каким-то образом попала под подозрение в связи с убийством секретаря Ленинградского обкома партии Сергея Кирова. Убийство главы города на Неве тогда привело к жестким репрессиям — одни подозреваемые в причастности к организации преступления были расстреляны, другие брошены в тюрьму. Поначалу был объявлено, что Киров пал от рук белогвардейцев — врагов народа, и из города в Сибирь и Среднюю Азию начали тысячами высылать бывших дворян, полицейских, жандармов, чиновников и священнослужителей.
Как под подозрение попала совершенно аполитичная Сара, неясно. Возможно, злые языки доложили «куда следует», чья она дочь. Но Сару не выслали – ее бросили в карцер, пытали, выбивая признательные показания. Она не сломалась…
Выйдя из тюрьмы, Сара познакомилась со своим вторым мужем Николаем Сараевым, и когда уже стало казаться, что жизнь налаживается, грянула война. Сараев не пережил войну, а Сару бог уберег, возможно, потому, что на роду этой женщине было писано заняться делом, с которым кроме нее никто бы не справился. Вернувшись после войны в Баку, она тут же принялась за восстановление доброго имени своего отца. Сара собрала горы документов, подтверждающих вклад Тагиева в просветительство, образование, культуру, строительство, науку; отзывы тех, кто получил образование и выбился в люди, благодаря ее отцу.
«В 1955-1957 годах я работала в должности библиотекаря читального зала Института им. М.Ф.Ахундова. Работала над тем, чтобы восстановить правду о прогрессивной деятельности Тагиева. Он рассматривался как капиталист и долгое время отчуждался от своей прогрессивной деятельности, которая принималась под чужими именами. Администрация института предупреждала меня о необходимости прекратить разговоры о деятельности капиталиста в стенах института. Однако, несмотря на уговоры и предупреждения, я продолжала рассказывать студентам и сотрудникам правду, показывая фото и документы Тагиева, подтверждающие его деятельность. Это вызвало недовольство и конфликт с администрацией. Это факт моего увольнения. Никуда не могла устроиться на работу. Эти взгляды сложились во всех организациях, и складывалась одна и та же ситуация», — писала Сара.
Долгие годы на ступенях бакинских госучреждений, научных институтов, редакций газет можно было увидеть уже немолодую женщину с огромным портфелем в руках. Пенсии она не получала, а все деньги, присылаемые дочерью, тратила на бумагу, чернила, конверты.
В начале нулевых главный редактор бакинской газеты «Вышка» Медина Гасанова рассказывала: «Когда я только начинала работать тогда в «Вышке», к нам в редакцию часто приходила высокая женщина в черном платье, с очень красивыми густыми волосами. В ее руках была неизменная черная кошелка, полная разных документов и бумаг. Она ходила по редакционным кабинетам и упрашивала журналистов: «Напишите про моего отца. Почему вы не можете написать про него, разве мой отец мало сделал для Азербайджана? Вот имя Третьякова дали художественной галерее в Москве. Неужели нельзя присвоить имя моего отца хотя бы одному из тех объектов, которые он построил?»
Сара ни на секунду не усомнилась, что сумеет восстановить доброе имя отца. Она не только ходила и просила, она создала целую научную базу, позволявшую доказать ее правоту и реабилитировать Тагиева.
В 1966 году Сара Сараева представила в Институт философии АН СССР и Институт народов Азии и Африки свою научную работу о применении философских знаний, касающихся подхода к событиям истории Азербайджана, связанным с деятельностью Тагиева. Лишь через три года после долгих споров Академия наук Азербайджанской ССР согласилась с выводами, сделанными дочерью мецената.
Сара умерла в Баку в возрасте 92 лет. Незадолго до этого, в 1991 году на родину после полувековой ссылки вернулась из Ашхабада ее дочь, внучка мецената Сафия Тагиева. «Дед мой был очень везучим человеком. Где бы он ни копал, там выходила нефть. С такой же щедростью, которой одаривала его азербайджанская земля, Тагиев тратил деньги, вырученные за эту нефть, на добрые дела… Он всегда протягивал людям руку помощи. И поэтому его невозможно забыть… Надо жить на этом свете и помогать людям, чтобы и после смерти имя человека и его деяния не забывались», — говорила Сафия. В 1992 году, выполняя завет своего знаменитого деда, она создала Социально-благотворительный фонд граждан Азербайджана имени Сары Тагиевой, который оказывал материальное содействие малообеспеченным и беженцам.

Сегодня в особняке Тагиева размещается Национальный музей истории Азербайджана. И тот факт, что и в истории страны, и в сердцах людей Гаджи Зейналабдин Тагиев занял достойное место, несомненно, огромная заслуга его дочери.
Источник

Добавить комментарий