Бакинские мобильные «сатаны» — адовы продавцы столичных дворов

Статья к Аду не имеет никакого отношения, хотя некоторые слова в названии и могли навести на такую мысль. Она о замечательной изюминке старого Баку — передвижных продавцах-зазывалах.
Сатан (с ударением на второй слог) — продавец узкой специализации — трудяга торгового фронта.
В отличие от «сатычи» — классического продавца и «алверчи» — коммерсанта-барыги, слово «сатан» чаще используется в сложных словах — мейвясатан (продавец фруктов), хлорсатан (продавец хлора), «морожнасатан» и т.д. Означает как-бы продавца с широкими полномочиями, вплоть до вершины — «малын хозяини».
Нынче, с развитием столицы, практика передвижных продавцов, к сожалению, уходит в прошлое. Высотные дома и плотно закрытые пластиковые окна (почти у всех стоят кондиционеры), сделали их работу малоприбыльной. Но в старых жилых массивах «сатаны» еще представлены достаточно широко.
Бакинский сатан, как квинтэссенция экономики древнего Апшерона
Когда первые американские коммивояжеры осваивали просторы Дикого Запада, на далеком южном полуострове, уже тысячу лет как, местные «вояжеры» торговали различной снедью.
Кто-то может сказать, вот мол автор опять придумывает. Причем здесь Апшерон, если торговля с повозок существовала всегда и везде? — Везде, да не таким образом. И не со столь давних пор!
В Европе и в других частях света продажей с передвижных средств занимались крестьяне и купцы-караванщики — приезжали в города со своей продукцией, останавливались на какой-нибудь площади и торговали (так появились первые рынки).
Много позже появились продавцы различными мелочами или скоропортящимися продуктами (например, рыбой), которые передвигались с небольшими лотками. Но тоже в пределах рынка или торговых кварталов. И только В последние 300-400 лет оформился новый вид торговли — передвижной (или торговля вразнос).
На Руси
На Руси таких торговцев называли коробейниками. Но более интересно второе название — офеня. От которого и пошла известная феня, многократно пополненная «блатным миром».
Почти 200 лет язык офеней оставался тайной, известной только продавцам.
А знаете, что еще интереснее? Что «офеня» это татское слово, произошедшее от «афень» — «оставленный, отошедший» .
Такова гипотеза одного из лучших славянистов 19 века Виктора Григоровича.
Виктор Иванович Григорович (1815—1876) — русский филолог-славист, историк, профессор Казанского, Московского и Новороссийского университетов.
Более того, считается, что принципы торговли вразнос попали в Россию из Османской Империи. Через переехавших оттуда греков.
Вы замечаете, как все крутится вокруг одной точки?)
Апшерон
Апшеронский полуостров с древних времен выделялся своей своеобразностью. Это была не только «святая земля» для паломников, но и перекресток торговых путей, где вплоть до прихода Ислама грабить и убивать было кощунством. (Дело не в Исламе конечно, а в том, что земли перестали считаться святыми.)
Торговля в разнос в старом Баку
Торговля вразнос в старом Баку
Сочетания этих двух факторов привело к тому, что плотность поселений на полуострове была одной из самых высоких — более 30 на 2100 кв. км. Это приблизительно по одному поселку на каждый квадрат со стороной в 2.5 км.
Причем, эти поселения:
  1. Различались большим разнообразием (этническим и культурным).
  2. Были самостоятельными (в силу культового значения острова, он столетиями считался нейтральной территорией).
  3. Не являлись сателлитами города иди крупного поселения.
Последний момент особо важен, потому-что обычно, концентрация поселений приводит к образованию центрального, которое становится городом. Или наоборот, вокруг города начинают расти поселки.
На Апшероне, который был защищен «святостью» горящей земли, и даже пылающего острова (Пираллахи), до поры до времени, смысла большого в объединении не было. Да и культурные различия мешали (даже будучи иранизированы, поселки сохраняли свою племенную самобытность).
Но тогда возникает вопрос о экономической составляющей существования Апшерона. Ведь центральный город это еще и рынок — место, где люд с окрестных деревень может продать или обменять свою продукцию.
Приблизительно так наверное выглядели передвижные торговцы (с поправкой на одежду и сбрую)
Приблизительно так наверное выглядели передвижные торговцы (с поправкой на одежду и сбрую)
Тут-то и возникает практика передвижных торговцев. Из поселения, промышляющего рыбой, утром отходят повозки с ночным уловом, объезжающие поочередно поселки центральных областей. Там, где делают какую-то утварь, выращивают сельхозпродукцию или специализируются на молочном, также идут повозки.
Поселения разные, каждое со своей специализацией, поэтому всем есть что предложить друг другу.
Вскоре появляются и те, кто едет со своей арбой к местам стоянок караванов и берет оттуда товар, затем развозит его по апшеронским селам. Это уже новый этап коммерциализации.
Передвижная торговля в Баку
Когда в VII веке небольшое поселение, стоящее у южного въезда на Апшерон, начинает играть все большее политическое значение. Разрастается до размера городка, окруженного крепостной стеной. То вслед за этим и экономическая жизнь полуострова смещается в сторону Баку.
Загрузка каравана с бакинских складов
Загрузка каравана с бакинских складов
Но это глобальная экономика — порт, рынок, склады, караван-сараи. Для самих городских жителей все уплотняющаяся городская застройка, приносит массу неудобств.
Респектабельным гражданам из верхней части города крайне неудобно добираться до базарной площади, а потом еще и обратно, в подъем. По извилистым улочкам.
Тут-то и появляется на арене истории классический бакинский «сатан» — торговец с маленькой ручной тележкой или большими баулами, который ходит по дворам, предлагая свой товар.
Возможность перемещаться по узким улочкам делает новую форму продаж крайне выгодной. Вскоре, каждое утро, с базарной площади отправляются уже десятки продавцов, рассеиваясь по всему городу.
Через сотни лет, когда Баку вышел за пределы городских стен. Стал развиваться по классическим канонам градостроительства. Сатаны никуда не исчезли. Просто голос у них стал звонче, а тележки оснащеннее.
Арабщик
Арабщик
Советский Баку и наша современность
Все описанное выше — это стародавние времена. Их достоверность зависит от подбора источников информации и позиции самого автора, но есть то, что происходило (и происходит) на наших глазах.
Кто из бакинцев не помнит эти знакомые с детства выкрики продавцов различной снедью и хозяйственными принадлежностями? Особенно этот, милый сердцу каждого маленького жителя столицы, выкрик: «Марожжжнаааа! Поломбир — 20 гяпик, Эскимо — 20 гяпик, Сливочный 15 гяпик, Молочный — 10 гапик!»
Арабщик глазами художника
Арабщик глазами художника
А еще было «Фруктовое», которое почему-то никогда не выкрикивали.
Тогда еще не было современных морозильников на колесиках, выносные холодильники советских времен были малотранспортабельны, поэтому марожнасатаны пользовались агрегатами собственного изготовления — сколоченный деревянный ящик покрашенный в белый цвет, четыре больших подшипника вместо колес и кусок сухого льда вовнутрь.
Они собственно могли не кричать, так как характерный трескучий звук работы подшипников детский слух различал за сотни метров.
У каждого продавца-зазывалы было свое время. Если мороженщики ходили днем и ближе к вечеру (второй заход), то остальные в первой половине дня.
Бакинцы просыпались под крики продавцов молока, рыбы, сыра, фруктов и овощей, каких-то непонятных гобеленов, веников, швабр, губок и т.д. Причем часто, все это выкрикивалось не по-русски или азербайджански, а на каком-то суржике — смеси двух языков.
Сегодня акценты несколько сместились. Продают, в основном, плодоовощную продукцию.
Зато появилась специализация: картофельно-луковые мены, продавцы капустно-морково-свекольных (по бакински «бурачных») даров, помидорно-огуречные сатаны, арбузо-дыневые специалисты, персико-абрикосово-сливовые, черешне-вишневые и т.д., и т.п.
В Азербайджане в любой сезон что-то растет, да и парники никто не отменял. Этот поток никогда не иссякает.
Продают и другую продукцию, например, коврики или посуду, но без периодичности.
Отдельной строкой идут хлорсатаны. Эти, похоже, чисто бакинский уникум.
Уже давно появились различные химические средства. Более щадящие и приятно пахнущие. Но старинная бакинская привычка дезинфекции хлорированием похоже до сих пор жива.
Это на загнивающем Западе запах чистоты связывают с лавандой или ромашкой, в Баку все намного брутальнее — легкий хлористый оттенок в воздухе говорит об отсутствии любой микроорганики в радиусе десятков метров.
У нас во двор, раз в неделю, заезжает со своей тележкой продавец хлора. Если бы его услышал Шаляпин, то он бы перестал петь.
У мужика ростом с половину Федора Ивановича, голос, как у иерихонской трубы. Причем это не просто крик, а нечто музыкальное. Если не ошибаюсь это называется вибрато — изменение тембра и громкости.
Его «Хлоооор …», начинающий с пронзительно высоких нот, переходит в громоподобное «…. варрррр!» И это все под какофонию срабатывающих машинных сигнализаций.
Собственно по приближающемуся звуку «истерящих» автомобилей, мы заранее узнаем о приближении хлорсатана. Кто-то спешит закрыть окна, а кто-то наливает кофейку и садится у открытого окна, чтобы в 100500-й раз насладиться этим чудом.
ПС. В статье использованы рисунки, которые можно увидеть на потолке и стенах пассажа по улице Нигяр Рафибейли:
Источник

Добавить комментарий